ЭДУАРД ГРАЧ

 

 

 

мастер классы фонда

биография

расписание

— Эдуард Давидович, подробная биографическая справка в какой-то мере освобождает от обязанности вести «канонические беседы». В связи с вашим согласием возглавить мастер-класс скрипачей в ФОНДЕ «СТОРНиК» естественно было бы начать именно с педагогической деятельности Эдуарда Грача. Вы преподаёте в Московской Государственной консерватории немногим более десяти лет. Воспитали несколько поколений блестящих скрипачей. Подозреваю, что нелегко было менять многолетние привычки, выкраивать –драгоценное время для нелёгкого педагогического труда.
— Начну с конца. Когда Абрам Ильич Ямпольский поручал мне, аспиранту, заниматься со студентами, я думал, что напрасно теряю время. Потом долгое время меня не тянуло преподавать; когда же я захотел, пришло новое поколение педагогов. В общем, консерватория не проявляла особого интереса. В какой-то момент Валерий Климов (мой соученик, одессит), предложил мне взять класс уехавшего за рубеж Олега Крысы. Это были, мягко говоря, не очень хорошие скрипачи. Первое время постоянно преследовала мысль: «Разве к этому ты стремился?». Постепенно появились собственные ученики. Их прогресс изменил моё отношение к преподаванию: сейчас я получаю от этого настоящее удовольствие.
— Любой педагог, особенно если он ведёт активную сценическую жизнь , вызывает бессознательное подражание ученика. Где находится граница разумного и неразумного подражания, подлинной исполнительской школы, традиции,— и карикатуры?
— Это очень сложно описать словами. Очень важна интуиция педагога. Я не стараюсь много показывать в классе, потому что знаю, что студенты прекрасно умеют «фотографировать», если даже не «ксерокопировать». Более того, я стараюсь не «давить» студента, играющего сочинение из моего активного репертуара. Если студент убеждает меня своей трактовкой,— прекрасно. Конечно, я предложу свою. Умение убеждать,— одно из непременных свойств истинного таланта.
— Вы — лауреат и воспитатель лауреатов. Уверен, вам хорошо знакомо понятие «конкурсный вариант». Изменилось ли оно сейчас по сравнению с годами вашей молодости?
— В наше время было множество индивидуальностей, и далеко не все преуспевали в конкурсах. Позвольте мне, дабы не оказаться слишком субъективным, говорить не о скрипачах. Я много играл с изумительным пианистом Станиславом Нейгаузом, не лауреатом. Он оставил колоссальный след в искусстве, в моей душе. Большая индивидуальность часто вызывает споры членов жюри. Одному очень нравится, и он ставит «25», другому,— совсем не нравится, и он «лепит» «15» или «17». В среднем получается — «20—21». Выигрывает же конкурсант «на все вкусы», получивший «22». {Необходимое пояснение — на большинстве международных конкурсов принята 25-бальная система оценки, при этом низший и высший балл отбрасываются — М.С.}. Я участвовал всего в трёх международных конкурсах, каждый раз с перерывом в шесть-семь лет. Нужно было прийти в себя, созреть для следующего соревнования. Сейчас играют для того, чтобы получить деньги. Это можно понять,— такова жизнь. В наше время играли ради будущей карьеры. Исаак Стерн говорил мне, что уважающий себя музыкант не должен выступать в конкурсе. Но это путь на сцену. Пример из моей жизни: когда я поехал на парижский конкурс {имени М. Лонг— Ж.Тибо — М.С.}, с меня взяли обещание привезти первую премию. Дали вторую, хотя был огромный скандал. Вернувшись с первой премией, я смог бы выступить с сольным концертом в Большом зале консерватории. А так это случилось через двадцать лет. Сейчас меня беспокоит другое: даже победа на конкурсе ничего не гарантирует. В моём классе почти все лауреаты, но им очень трудно попасть на сцену. Причин много, и одна из главных — академическая музыка существует в неком вакууме.
— Подозреваю, что камерный оркестр “Московия”, целиком состоящий из ваших студентов, возник из необходимости восполнить дефицит сценической практики…
— Совершенно верно. В следующем сезоне у меня запланированы два абонемента: один — «Играет и дирижирует Эдуард Грач» — в Большом зале консерватории, другой,— «Эдуард Грач и его ученики» — в Малом. Их главная цель — дать моим студентам возможность выступать на сцене.
— У определённой части слушателей сложилось мнение, что «Московия» исполняет, в основном, «облегчённую» классику…
— Заблуждение! Назову вам лишь две программы прошедшего сезона: «Бах, Моцарт, Бетховен, Брамс» и «Шуберт, Шёнберг, Шостакович». Комментарии, думаю, излишни. Другое дело, что нужно уметь играть хорошую музыку любого стиля. Кроме того, то или иное восприятие часто диктуется интересами потребителя. Большинство записей с наших концертов —как раз «облегчённая» классика. Мы играем всё — от Баха до... нет, не до Оффенбаха,— до Скотта Джоплина, Луи Армстронга, Астора Пьяццоллы. Но, конечно, классика превыше всего!

                            Беседовал Михаил СЕГЕЛЬМАН.